«Ритуал Бабалон» — телемический ритуал поклонения Великой Богине, разработанный анонимным автором на основе текстов Алистера Кроули. «Бабалон» в Телеме — «тайное», то есть особо священное имя Богини, открывшееся Кроули в ходе магических работ, описанных в книге «Видение и Голос». Она олицетворяет одно из трех великих первоначал мироздания — звездную владычицу Нут, или Нуит, от лица которой изречена первая глава «Книги Закона». В 22-м стихе этой главы говорится: «Итак, вам я известна под именем моим Нуит, ему же — под именем тайным, кое вручу я ему, когда он познает меня наконец», — и этим тайным именем в силу своих каббалистических соответствий оказалось имя «Бабалон».
В космологии Телемы Бабалон соответствует сефире Бина, то есть высшему Пониманию и образу Великой Матери. Бабалон — носительница и эквивалент Чаши Грааля, ассоциирующаяся с плодородием, женской сексуальностью и алхимической трансмутацией. На физическом плане ей соответствует сакрализованное женское лоно (ктеис в греческой традиции, йони в индийской и т.д.), а на мистическом — принцип перерождения Адепта в процессе духовного восхождения. Из стихий образу Великой Матери соответствует Вода, из мастей Таро — Чаши; в ряду Старших арканов Таро она представлена в трех ипостасях — как
«Верховная Жрица» (II)«Императрица» (III) «Звезда» (XVII)
Бабалон и сефира Бина олицетворяют способность к интуитивному прозрению и выражают высшие идеи женского начала, по природе своей двоякого: с одной стороны, это Любовь, материнское лоно, источник жизни и пищи для всего сущего, с другой — Смерть, могила, «пожирательница плоти»: «Бина многолика, как Любовь и как Смерть; она — Великое Море; все живое исходит нее и возвращается вновь в ее черную утробу»[1].
Она придает форму чистой энергии Великого Отца и порождает от него все сущее. Поэтому она символизирует восприятие, сдерживание, ограничение, направление и практическое применение этой чистой энергии. Традиционно Бина связана с планетой Сатурн — планетой, заключающей в себе идеи ограничения и течения времени, а также смерти как залога возрождения. Еврейское название этой планеты, Шаббатаи, в буквальном смысле означает «отдохновение»: с одной стороны, это покой, неподвижность смерти, с другой — миг полного успокоения ума в наивысший момент оргазма.
Образом Великого Отца, со своей стороны, служит сефира Хокма — Мудрость, Слово, Воля и Энергия, — представленная в Телеме рядом особых символов. Хокма — это Хаос, исходная субстанция бытия, еще не дифференцированная, но уже насыщенная энергией и обладающая волей к проявлению. Хокма — это Фаллос, или Лингам, символ универсальной творческой силы, животворного огня, присущего каждому живому существу. Хокма — это все божества — носители Логоса, творящего Слова. Хокма — это  Хадит, от лица которого изречена вторая глава «Книги Закона»; это сокровенное пламя, «горящее в сердце каждого человека и в ядре каждой звезды». Хокма — это Великий Пан, «всепорождающий» и «всепожирающий» бог, проявленная в божественном образе, но недифференцированная Всеобщность. И, наконец, Хокма — это Великий Зверь, солярный образ неукротимой и всемогущей животворной силы.
Архетипический союз Отца и Матери — божественное соитие Хокмы и Бины, Великого Зверя и Бабалон, символически представлено в XI аркане «Таро Тота» — на карте «Вожделение»: (илл.). Их союз не только порождает весь проявленный мир, но и служит прообразом всех мыслимых союзов, совершающихся в этом мире. Это прототип всех актов «Любви в согласии с Волей» — одной из важнейших телемических концепций, которую Кроули называет универсальной формулой Любви, применимой на всех уровнях, от элементарных частиц до звезд, от грубых физиологических процессов до тончайших идей:
 
Суть ее такова: любые два объекта соединяются, что влечет за собой два следствия: во-первых, оба они уничтожаются в экстазе, вызванном избавлением от муки обособленности; а во-вторых, созидается третий объект — также в экстазе, но на сей раз вызванном осознанием бытия, которое остается Радостью до тех пор, пока, развившись до определенной меры, этот новый объект не начинает постигать свое несовершенство и испытывать любовь. <...>  это своего рода вечный двигатель, беспрерывно порождающий блаженство на каждой из фаз своего цикла[2].
 
Всей описанной символикой объясняются особые титулы, которыми Бабалон наделяется в поэтике телемических текстов. В ранних текстах Кроули она носит имя «Вавилон»; очень часто она именуется Наложницей Великого Зверя, Великой Блудницей или Багряной Женой. Но необходимо иметь в виду, что эти известные образы, восходящие к Апокалипсису (Откр. 17:1—5), получают в Телеме принципиально новое толкование. Адекватное понимание смысла, который они несут в «Ритуале Бабалон», возможно лишь изнутри телемической парадигмы.
Образ Багряной Жены, Бабалон, лишен в Телеме негативных коннотаций. Напротив, он ассоциируется с абсолютной Любовью, не знающей никаких ограничений и преград и изливающейся на все сущее в равной мере: «...она предалась всему живому и причастилась таинству его. И, соделавшись рабою каждому, стала она госпожой надо всеми … она есть Любовь, и едина ее любовь; и эту любовь она разделила на бесконечность любовей, каждая из которых равна Той Единой Любви».
Бабалон — «Невеста Хаоса» как супруга Великого Отца, Хаоса-Хокмы. Бабалон — «мать мерзостей» как Великое Лоно, из которого исходит и в которое возвращается весь проявленный мир — вся великая иллюзия отделенности и двойственности, скрывающая от восприятия истинную реальность. Каждый объект проявленного мира — «мерзость» в силу своего несовершенства, каждый — «средоточие тления», но в каждом скрыта «красота несказанная» — частица божественной сути, одухотворяющая его и служащая залогом возвращения к изначальному Единству. Бабалон «обольщает всю вселенную» своими «убийствами и любодеяниями» как двуединое олицетворение Любви и Смерти и как архетипическая Возлюбленная каждого живого существа, ведущая его к этому изначальному Единству и высшему совершенству через мистическую смерть-в-любви.
В этой последней своей ипостаси Бабалон олицетворяет путеводную звезду для Адепта, который в своем восхождении по Древу Жизни преодолевает Бездну — великую пропасть, отделяющую проявленный мир от высшей триады сефирот. Бабалон (в данной своей функции именуемая «Стражницей Бездны») призывает Адепта к полному самоотречению, которое символически представляется как излияние всей Крови (жизни, сути, духовной сущности) Адепта в Чашу Грааля — атрибут и эквивалент Бабалон. В Чаше совершается алхимическая трансмутация Крови «Святых» (так именуются Адепты, пересекшие Бездну) в совершенное Вино, или Эликсир, который Бабалон затем подносит Великому Отцу, пробуждая его к новой жизни и зачиная новый цикл творения. Этот процесс описан в книге Кроули «Видение и Голос», где, среди прочего, сказано:
 
Блаженны святые, ибо кровь их смешана в чаше и не разделится впредь. Ибо Вавилон Прекрасная, Матерь мерзостям, поклялась на священной kteis своей, до последней частицы объятой страданьем, что не отдохнет она от прелюбодеяний своих, доколе кровь всего живого не соберется в ней, и не сгустится вином, и не вызреет, и не освятится, и не станет достойна возвеселить сердце Отца моего. Ибо Отец мой изнемог под бременем лет и не всходит на ложе ее. Но совершенное вино сие станет квинтэссенцией и эликсиром, и обновится его юность от питья сего; и будет так в роды и роды, доколе истлевают и сменяются миры за веком век, и раскрывается Вселенная как Роза, и замыкается как Крест, что свертывается в Куб.
 
Излив всю свою суть до последней капли в Чашу Бабалон — отрекшись от всего чем он был, и от всего, что имел, — Адепт умирает в своем прежнем качестве и зарождается вновь в Ее лоне — как чистое Дитя, пребывающее выше Бездны, вне разделений и двойственности. Претерпев эту символическую смерть, утратив эго-сознание и тем самым перестав отождествляться с частью сущего, он достигает экстатического единения с целым, со Всеобщностью, и становится Мастером Храма — владыкой своей личной вселенной, постигшим ее в совершенстве и освободившимся от всех внутренних противоречий и внешних неясностей.
В «Ритуале Бабалон» каждый из прихожан символически выступает одновременно в двух ипостасях — и как Адепт, предающий свою суть Богине, дабы обновиться самому и обновить все мироздание (второе причастие), и как Великий Отец, возлюбленный Богини, которому она дарует вечную жизнь (третье причастие).
Со структурной точки зрения этот ритуал основывается на схеме каббалистического Древа Жизни. Четыре алтаря, используемые в церемонии, соответствуют четырем сефирот, играющим ключевую роль в восхождении по Древу: Йесод, Тиферет, Бине и Кетер. В ходе процессии, открывающей ритуал, жрицы поднимаются от Йесод к Бине, в сефиру Великой Матери, где и совершается главное таинство. Алтарь Бины помещен в центре главного символа Бабалон — семиконечной звезды, значению которой посвящена 49-я глава «Книги Лжей» Кроули. Ритуал совершают семь служительниц — Жрица, олицетворяющая саму Бабалон, или Бину, и шестеро ее Детей, соответствующих шести сефирот ниже Бездны (от Хесед до Йесод включительно). Жрица-Бабалон представлена в андрогинном образе, подчеркивающем идею отсутствия каких бы то ни разделений и противоположностей выше Бездны. Прихожане в совокупности олицетворяют сефиру Малкут — материальный мир, достигающий преображения в ходе ритуала. Три причастия соответствуют трем стадиям алхимической трансмутации: нигредо, альбедо и рубедо, — и, таким образом, символически проводят прихожан по пути Великого Делания: к исполнению их Истинной Воли, к Величайшему Благу, Истинной Мудрости и Совершенному Счастью.
 


[1] «Шаг за шагом — к Истине», глава «Любовь».
[2] Шаг за шагом — к Истине», глава «Любовь».
Вы собираетесь посетить ритуал Бабалон.
 
Эта телемическая церемония исполняется для широкой публики впервые и проходит под патронатом Московской Ложи Ordo Templi Orientis.
 
Принимая решение прийти на ритуал, пожалуйста, учитывайте следующие факторы:
 
1. В соответствии с особенностями драматического ритуала, это действо будет иметь интерактивный характер, и остаться сторонним его наблюдателем для вас будет вряд ли возможно и уместно. Если вам чужда традиция Телемы, ее метафизические воззрения и магические приемы, или вы не готовы отнестись к ним с интересом и уважением, воздержитесь от посещения ритуала.
 
2. Ритуал посвящен Великой Богине. Во время ритуала каждый зритель трижды получает причастие под разными видами. Отказ от него оскорбит Богиню и ее служительниц. Если вы не желаете принимать причастие, воздержитесь от посещения ритуала.
 
3. Если состояние вашего здоровья не допускает приема алкоголя и соли даже в небольших количествах, участие в ритуале будет для вас затруднительно.
 
4. Во время первого причастия вы должны взять в руки предлагаемую вам жрицей чашу, испить из нее и вернуть жрице. Во время второго − взять чашу, на несколько секунд прижать ее к груди и вернуть. Во время третьего − также испить из чаши, прикасаясь губами только к стеклянной ее части.
 
5. Если последователи Телемы пожелают произносить хоровые фрагменты ритуального текста, мы просим их делать это ТОЛЬКО про себя, шепотом или негромко вполголоса.
 
6. Присутствующие должны вставать и садиться в соответствии с указаниями жриц.
 
7. Перед ритуалом вас встретят в нижнем фойе и проведут в зал. После этого вход и выход из зала будут перекрыты до самого окончания ритуала. Опоздавшие войти не смогут.
Находясь в зале до начала действа, пожалуйста, выполняйте указания организаторов и ведите себя тихо.
После окончания ритуала вы должны, не задерживаясь, покинуть помещение.
 
8. Фото и видео съемка во время ритуала запрещены.
 
9. На время пребывания в зале все мобильные телефоны и прочие издающие звук электронные устройства должны быть отключены.
 
10. Дети и подростки до 18 лет на ритуал не допускаются.
 
11. Члены Московской Ложи О.Т.О. посещают этот ритуал бесплатно.
Для остальных зрителей стоимость − 500 рублей.
 

Адрес: Малый Головин переулок, дом 14, школа-вуз "Современное образование".
Сбор в 20:15 на крыльце или в фойе. Опоздавшие войти не смогут.

Книга Закона.
Глава первая

 
1. Хад! Явление Нуит.
2. Совлечение завесы сонма небес.
3. Каждый мужчина и каждая женщина — звезда.
4. Каждое число — бесконечность; различий нет.
5. Помоги мне, о воин, владыка Фив, в разоблаченье моем пред Детьми человеческими!
6. Будь Хадитом, сокровенным средоточием моим, моим сердцем и моим языком!
7. Узри! это открыто Айвассом, служителем Хор-пар-крата.
8. Хабс — в Ху, а не Ху — в Хабс.
9. Поклоняйся же Хабс и узри мой свет, излившийся на тебя!
10. Да будут слуги мои немногочисленны и сокрыты; они будут править многими и известными.
11. То глупцы, которым поклоняются люди; и Боги их, и люди их — глупцы.
12. Выйдите, о дети, под звезды, и досыта вкусите любви!
13. Я — над вами и в вас. Мое блаженство — в вашем. Радость моя — видеть вашу радость.
14. В лазури, блещущей звездами,
Нагая слава Нут разлита:
Склонясь в экстазе, льнет устами
К сокрытым пламенам Хадита.
Крылатый шар и звездные миры,
О Анх-эф-на-Хонсу, — мои дары!
15. Знайте же, что избранный жрец и посланник бесконечного пространства есть Зверь, жрец из рода царского; и в жене его, именуемой Багряной Женой, - вся власть. Они соберут детей моих в лоно свое; они принесут сияние звезд в сердца человеков.
16. Ибо вовеки он — солнце, она же — луна. Но для него — крылатое тайное пламя, а для нее — звездный свет, нисходящий с высот.
17. Вы же не избраны так.
18. Пылай на челе их, о блистающий змей!
19. О, лазурновекая жена, изогнисьнад ними!
20. В тайном слове, что я вручила ему, — ключ к ритуалам.
21. Там, где есть Бог и Поклоняющийся, я — ничто; они не видят меня. Они — на земле; я же — Небо, и нет другого Бога, кроме меня и господина моего, Хадита.
22. Итак, вам я известна под именем моим Нуит, ему же — под именем тайным, кое вручу я ему, когда он познает меня наконец. Так как я — Бесконечное Пространство и Бесчисленные Звезды в нем, то и вы поступайте так же. Не связывайте! Да не будет для вас различий между одним и другим; ибо от этого — вред.
23. Преуспевший же в этом да будет главою всему!
24. Я — Нуит, и слово мое — шесть и пятьдесят.
25. Раздели, сложи, умножь и пойми.
26. Промолвил тогда пророк и раб сей прекрасной: «Кто я, и что будет знаком?» И склонилась она лучезарным огнем синевы, всё объемлющим, проникающим всюду: прелестные руки ее — на черной земле, и гибкое тело ее изогнулось дугой для любви, и нежные стопы ее не сминают и малых цветов; — и так отвечала она: «Ты знаешь! Знаком же будет экстаз мой, осознанье того, что бытие непрерывно, а тело мое вездесуще».
27. И жрец ответил и молвил Царице Пространства, целуя ее прелестное чело, и роса ее света омывала все тело егоблаговонным нектаром пота: «О Нуит, непрерывная в Небе, да будет вовеки так: люди пусть говорят о тебе не как о Единой, а как о той, кого Нет; пусть и вовсе молчат о тебе, ибо ты непрерывна!»
28. Меня нет, вздохнул звездный свет, бледный и дивный, и меня две.
29. Ибо я разделилась ради любви, для возможности единения.
30. Так устроен сей мир: боль разделения — ничто, радость же растворения — всё.
31. Ибо это глупцы средь людей, и не заботься вовсе об их печалях! Они их едва ощущают; да и те уравновешены жалкими радостями; но вы — избранные мои.
32. Повинуйтесь пророку моему! пройдите до конца испытанья моего познания! стремитесь лишь ко мне! И тогда радости любви моей избавят вас от всех страданий. Воистину так; в этом клянусь сводом тела моего; священным сердцем моим и языком; всем, что могу даровать я, и всем, чего я желаю от всех вас.
33. И впал тогда жрец в глубокий экстаз забытья и сказал Царице Пространства: «Напиши нам испытания, напиши нам ритуалы, напиши нам закон».
34. Но сказала она: «Испытаний не напишу я; ритуалы да будут наполовину известны, а  наполовину сокрыты; Закон — для всех».
35. Вот это, что пишешь ты, — это есть книга Закона о трех частях.
36. Писец мой, Анх-эф-на-Хонсу, жрец из царского рода, да не изменит книгу сию ни в единой букве; но, дабы не было глупости, пусть истолкует ее по мудрости Ра-Хор-Ху-ита.
37. Также мантры и заклинанья; обеа и ванга; работа жезла и работа меча: этому пусть он учится и учит.
38. Он обязан учить; но в его власти — сделать испытания суровыми.
39. Слово Закона — Qelhma.
40. Кто назовет нас Телемитами, не ошибется, если изучит это слово внимательно. Ибо в нем — Три Степени: Отшельник, Влюбленный и Человек Земли. Твори свою волю: таков да будет весь Закон.
41. Слово греха — Ограничение. О муж!не отвергни жены своей, если она желает! О любовник, если такова твоя воля, уходи! Нет уз, способных соединить разделенное, кроме любви; все остальное — проклятие. Проклятие! Проклятие ему на все эоны! Ад.
42. Да будет таков уклад большинства, подневольного и недовольного. А вот обо всем, что твое: нет у тебя иного права, кроме как творить волю твою.
43. Поступай так, и никто тебе не скажет «нет».
44. Ибо чистая воля, не укрощенная умыслом, свободная от вожделения к результату, совершенна во всех отношениях.
45. Совершенство и Совершенство суть не два, а одно Совершенство; впрочем, нет, — ни одного!
46. Тайный ключ к этому закону — Ничто. Иудеи называют его шестьдесят один; я называю его восемь, восемьдесят, четыреста восемнадцать.
47. Но у них есть половина; соедини искусством своим так, чтобы все исчезло.
48. Мой пророк — глупец со своими один, один и один; разве они — не Вол и ничто по Книге?
49. Упразднены все ритуалы, все испытания, все слова и знаки. Ра-Хор-Хуит взошел на престол свой на Востоке в день Равноденствия Богов; и да пребудет Асар с Исой, ибо и они также суть одно. Но они — не от меня. Пусть Асар поклоняется; пусть Иса претерпевает; Хор же в тайном имени и великолепии своем есть Господь-посвятитель.
50. Надлежит сказать о задаче Иерофанта. Смотри! есть три испытанья в одном, и его можно дать трояко. Грубые должны пройти через огонь; утонченные пусть будут испытаны умом, а величественные избранники — наивысшим. Итак, у вас есть звезда и звезда, система и система; пусть ни одна не знает другую вполне!
51. Четверо врат ведут в единый дворец; полы во дворце том — из серебра и золота; в нем лазурит и яшма; и все редчайшие благовония; жасмин и роза; и символы смерти. Пусть войдет он четырьмя вратами по очереди или сразу всеми; пусть ступит на полы дворца сего. Не увязнет ли он? Amn. Эй, воин! а что, если увязнет слуга твой? Но есть средства — и средства. А посему будьте прекраснысобою; облачайтесь в изысканные одежды; вкушайте обильные яства и пейте сладкие вина и вина пенные! Также досыта вкушайте любовь по воле своей, когда, где и с кем пожелаете! Но все это — во имя мое.
52. Если же это не будет исполнено; если смешаете вы разделенья пространства, сказав: «Они едины» или «Их много»; если не будет всегда ритуал совершаться во имя мое, — готовьтесь к страшному приговору Ра Хор Хуита!
53. Так возродится мир, малый мир — сестра моя, сердце мое и язык мой, для которых я шлю поцелуй сей. И ты, о писец и пророк, хоть ты и из царского рода, это тебя не утешит и не освободит. Но для тебя — экстаз и радость земная: вовеки «Ко мне! Ко мне!»
54. Не изменяй ничего вплоть до начертания букв; ибо знай! ты, о пророк, не узришь все эти тайны, что здесь сокрыты.
55. Дитя твоего чрева — он узрит их.
56. Не жди его ни с Востока, ни с Запада; ибо не предвидишь дома, из которого придет дитя сие. Аум! Все слова священны, и все пророки правдивы; не считая того лишь, что им понятно немногое; разреши первую половину уравнения, вторую же оставь нетронутой. Но у тебя есть всё во свете ясном, иные же, хоть и не все, — во тьме.
57. Взывай ко мне под звездами моими! Любовь есть закон, любовь в согласии с волей. Глупцы да не поймут любовь превратно; ибо есть любовь — и любовь. Есть голубь — и есть змей. Выбирай как следует! Он, мой пророк, выбрал, зная закон крепости и великую тайну Дома Божьего.
Все эти старые буквы Книги моей верны, но x — не Звезда. И это также тайна: мой пророк откроет ее мудрым.
58. Я дарую немыслимые радости на земле: уверенность — а не веру — при жизни в том, что будет по смерти; покой несказанный, отдохновение и блаженство; и я не требую взамен никаких жертв.
59. Благовоние мое — из смолистых деревьев и камедей; и крови в нем нет; ибо мои власы — деревья Вечности.
60. Число мое — 11, как и числа всех, кто от нас. Пятиконечная Звезда с Кругом в Середине, и круг сей Красен. Черен мой цвет для слепцов, но зрячие видят лазурь и злато. А для тех, кто меня возлюбил, есть у меня тайное сияние.
61. Любить же меня — это лучше всего на свете; если ныне под звездами ночи в пустыне зажжешь ты куренья мои предо мной, призывая меня с чистым сердцем и с пламенем Змея в нем, то станешь немного ближе к тому, чтоб возлечь на лоне моем. Возжелаешь ты все отдать за один поцелуй; но отдавший одну пылинку в тот час потеряет все. Копите богатства; да будет у вас изобилье женщин и пряностей; драгоценные камни носите; в роскоши и дерзновенье превосходите все народы земли; но все это — в любви ко мне: и обретете тогда мою радость. Со всем настояньем велю я тебе представать предо мной, облачившись в простую ризу, но увенчав главу пышным убором. Я люблю тебя! Я тебя жажду! Бледная иль воспылавшая, сокрытая иль сладострастная, я, в коей всё наслажденье, и царственный пурпур, и опьяненье сокровенного чувства, желаю тебя. Облекись крыльями и пробуди в себе величие, свитое кольцами: приди ко мне! Ко мне! Ко мне!
62. При каждом собрании нашем пусть восклицает жрица (и да пылают желанием очи ее, когда нагой и ликующей встанет она в тайном храме моем): «Ко мне! Ко мне!» — разжигая пламя во всех сердцах любовным своим песнопеньем.
63. Пой для меня восхищенную песнь любви! Возжигай для меня благовония! Носи для меня драгоценности! Пей во имя мое, ибо я люблю тебя! Я люблю тебя!
64. Я — лазурновекая дочь Заката; я — обнаженный блеск сладострастного неба ночи.
65. Ко мне! Ко мне!
66. Конец явления Нуит.

Отрывок из «Liber 418» («Видение и Голос»)

Раздается голос колесничего — глубокий и торжественный, вселяющий благоговение, подобный гулу огромного колокола, доносящегося из дальней дали: «Да узрит чашу сию тот, чья кровь излилась в нее, ибо вино в чаше сей — это кровь святых. Да славится Багряная Жена, Вавилон, мать мерзостям, сидящая на Звере, ибо кровью их она окропила все пределы земли, и се! смешала ее в чаше блуда своего.
Дыханием поцелуев своих она взволновала ее, и стала кровь сия вином Причастия, вином Субботним; и на Священном Собрании поднесла она его своим прихожанам, и опьянились они и лицом к лицу узрели Отца моего. Тем соделались они причастниками Таинства священного сосуда сего, ибо кровь есть жизнь. Так восседает она в роды родов; и не пресытятся праведные поцелуями ее; и убийствами и любодеяниями своими обольщает она всю вселенную. И явлена в том слава Отца моего, коий есть истина».
(Вино это таково, что крепость его сияет сквозь чашу, опьяняя меня до головокружения. Оно уничтожает всякую мысль. Лишь оно одно остается, и имя ему — Сострадание. Под «Состраданием» я понимаю таинство страдания, разделенное истинными последователями Высочайшего. И это — экстаз, в котором нет ни капли боли. Его пассивность[1] подобна самоотдаче в любви.)
Голос продолжает: «Сие — тайна Вавилон, Матери мерзостям, и тайна прелюбодеяний ее, ибо она отдалась всему живому и причастилась таинству его. И соделавшись рабою каждому, стала она госпожой надо всеми. Еще не дано тебе ныне постичь славу ее.
Прекрасна ты, о Вавилон, и желанна, ибо предалась ты всем тварям живым и силу их превозмогла своею слабостью[2]. Ибо, соединившись с ними, ты постигла. Потому называют тебя Пониманием[3], о Вавилон, Госпожа Ночи!
Это то, о чем сказано: “О мой Бог! Дай мне в одном последнем экстазе достичь единенья со Многим!”[4] Ибо она есть Любовь, и едина ее любовь; и эту любовь она разделила на бесконечность любовей, каждая из которых едина и соравна Той Единой Любви; так “от собранья, закона и света она перешла к безначалью уединенья и тьмы. Ибо так надлежит ей вовеки скрывать сиянье Свое”[5].
О, Вавилон, Вавилон, могучая Мать на спине венценосного зверя! упои меня вином любодеяний твоих; поцелуями своими изнури меня до смерти, дабы и я, виночерпий твой, смог постичь.
И вот, за рдяным жаром чаши открылось взору моему в далекой выси видение Вавилон, беспредельно великой. Зверь же, на коем восседает она, — то Властитель Города Пирамид, который созерцал я в четырнадцатом Эфире[6].
И померкли образы в сиянии чаши, и Ангел молвил: «Еще не дано тебе постичь тайну Зверя, ибо она не от таинств Эфира сего, и немногие из перерожденных в Понимании на это способны»[7].
Всё ярче и пламеннее сияет чаша. Зыблется разум мой, сокрушенный экстазом.
И Ангел молвит: «Блаженны святые, ибо кровь их смешалась в чаше и не разделится впредь. Ибо Вавилон Прекрасная, Матерь мерзостям, поклялась на священной kteis своей, до последней частицы объятой страданьем, что не отдохнет она от прелюбодеяний своих, доколе кровь всего живого не соберется в ней, и не сгустится вином, и не вызреет, и не освятится, и не станет достойна возвеселить сердце Отца моего. Ибо Отец мой изнемог под бременем лет и не всходит на ложе ее. Но совершенное вино сие станет квинтэссенцией и эликсиром, и обновится его юность от питья сего; и будет так в роды и роды, доколе истлевают и сменяются миры за веком век, и раскрывается вселенная как Роза и замыкается как Крест, что свертывается в Куб[8].
И се — комедия Пана, кою играют ночью в густом лесу[9]. И се — мистерия Диониса Загрея, кою празднуют на священной горе Киферон[10]. И се — тайна братьев Розы и Креста; и се — средоточие ритуала, что вершится в Усыпальнице Адепта, сокрытой в Горе Пещер, во Священной Горе Абиегнус[11].
И се — значение Пасхальной Вечери: пролитие крови Агнца есть ритуал Темных Братьев, ибо они запечатали Врата кровью, дабы Ангел Смерти не вошел в них[12]. Они отделились от общества святых. Они замкнулись от сострадания и понимания. Проклятие на них, ибо кровь свою они заточили в сердце своем[13].
Бегут они от поцелуев Матери моей Вавилон и в одинокой твердыне своей возносят молитвы ложной луне. И связаны они между собою клятвой и великим проклятием. И злодеяния свои замышляют они сообща, и даны им сила и власть, и варят они в котлах своих терпкое вино обмана, смешанное с ядом себялюбия.
Так ведут они войну со Священным, насылая обманы свои на людей и на все живое, дабы ложное их сострадание называли состраданием, а ложное их понимание — пониманием, ибо в этом — наисильнейшее их колдовство.
Но от собственного яда приходит им погибель, и в одиноких твердынях своих будут они пожраны Временем, заманившим их к себе на службу, и могучим демоном Хоронзоном[14], их хозяином, чье имя — Вторая Смерть[15], ибо кровь, которой они окропили свои Врата, дабы запереться от Ангела Смерти, — это ключ, с которым он входит[16].
 


[1] Англ. passivity; ср. англ. passion — «страсть».
[2] Ср. «Дао дэ цзин», а также главу 4 «Книги Лжей». — Примеч. А. Кроули.
[3] «Понимание» — буквальный перевод названия сефиры Бина.
[4] Liber VII, раздел VII, стих 41. — Примеч. А. Кроули.
[5] Liber VII, раздел VII, стихи 43—44. Изложенная здесь доктрина тождественна учению о Таинстве Совершенства, которое постигает само себя через опыт всех возможных Несовершенств. — Примеч. А. Кроули.
Ср. следующий фрагмент из «Книги Тота»: «Говоря об устройстве бытия, риши (индуистские мудрецы) постулируют три его качества: Сат — Сущность самого Бытия; Чит — Мышление или Познание; и Ананда (обычно переводится как “Блаженство”) — наслаждение, которое испытывает Бытие в ходе событий. Очевидным образом, этот экстаз и есть причина, побуждающая бытие к движению. Он служит ответом на вопрос, почему Совершенство допускает и принимает несовершенство».
[6] Город Пирамид — в системе телемы обитель Адептов, изливших свою кровь в чашу Бабалон, пересекших Бездну и достигших ступени Мастера Храма; место временного отдохновения для тех, кто избавился от своего земного «я».
[7] Это откровение обретается в «Погребальной Урне». См. также описание 6-го Эфира, где созерцатель видений, достигнув степени Мага, сам отождествляется со Зверем 666. — Примеч. А. Кроули.
«Погребальная Урна» — образное наименование степени Мага (Magus), следующей за степенью Мастера Храма («перерожденного в Понимании», т.е. достигшего сефиры Бина). «Пригоршня праха», в которую обратился Адепт на степени Мастера Храма, преображается в «Погребальной Урне» в белый пепел.
[8] Таково космологическое значение символа розенкрейцеров — Розы и Креста, соединенных в одной эмблеме.
[9] Ср. 34-ю главу «Книги Лжей»: «Комедия Пана: чтоб человеку казалось, будто бы он — охотник, тогда как на деле он — добыча для этих псов [т.е. для любви и смерти]».
[10] Загрей (букв. «великий охотник» или «великий ловчий») — одна из ипостасей древнегреческого бога Диониса. Дионис-Загрей — сын Зевса Критского и Персефоны или Деметры, рогатый бог-младенец, растерзанный титанами, но воскрешенный Деметрой или Реей, матерью богов. Согласно мифу, на горе Киферон близ Фив Дионис вершил оргии во главе своих спутниц-менад, и здесь же, подобно самому младенцу-Загрею, был растерзан безумными менадами царь Пенфей, пытавшийся искоренить культ этого бога.
[11] Абиегнус — в учении розенкрейцеров: мистическая гора, расположенная в центре Вселенной. В недрах этой горы символически помещается «Усыпальница Адепта» — Христиана Розенкрейца.
[12] Ср. Исх. 12:21-23: «И созвал Моисей всех старейшин Израилевых и сказал им: выберите и возьмите себе агнцев по семействам вашим и заколите пасху; и возьмите пучок иссопа, и обмочите в кровь, которая в сосуде, и помажьте перекладину и оба косяка дверей кровью, которая в сосуде; а вы никто не выходите за двери дома своего до утра. И пойдет Господь поражать Египет, и увидит кровь на перекладине и на обоих косяках, и пройдет Господь мимо дверей, и не попустит губителю войти в домы ваши для поражения».
[13] Это первое упоминание о Черных Братьях, избравших Путь Левой Руки. Каждый Свободный Адепт должен сделать выбор: пересечь ли ему Бездну, дабы стать Мастером Храма, или же воздвигнуть в ней ложную башню эгоизма. — Примеч. А. Кроули.
Свободный Адепт (Adeptus Exemtpus) — посвященный степени 7?=4?, последней из степеней по эту сторону Бездны.
[14] Хоронзон (Choronzon) — в работах Кроули: демоническая персонификация хаотичных сил, населяющих Бездну (пропасть между низшими и высшими сефирот). Явление Хоронзона описано в 10-м Эфире «Видения и Голоса».
[15] Обратите внимание, что смерть или любовь святых — это в действительности приумножившаяся жизнь. Формула 156 — это непрерывное соитие или самадхи. — Примеч. А. Кроули.
Святые — здесь: посвященные степени Мастера Храма.
156 — числовой эквивалент имени Babalon, записанного еврейскими буквами.
[16] Полагаю, беда с этими людьми в том, что они попытались подменить свою кровь чужой, ибо пожелали сохранить свою личность. — Примеч. А. Кроули.

Книга Лжей.
Глава 4 (Дельта)
Персики

 
Мягкое и пустое, насколько же ты сильнее твердого и наполненного!
Оно умирает, оно отдается; плод его — для Тебя!
Стань Невестой; затем станешь Матерью.
Со всеми впечатлениями — так же. Да не пересилят они тебя; но пусть взрастают в тебе. Малейшее из впечатлений, достигшее совершенства, есть Пан.
Прими тысячу возлюбленных; произведешь на свет только Одно Дитя.
Дитя это станет наследником Судьбы Отца.
 
Комментарий (Дельта)
Далет[1] — это «Императрица» в Таро, буква Венеры, а название «Персики» — еще одно указание на Йони. 
Эта глава советует принимать все впечатления; такова формула Багряной Жены. Но не позволяй ни одному из впечатлений возобладать над тобой — все они должны только оплодотворять тебя. Так художник, увидев предмет, не преклоняется перед ним, а взращивает из него шедевр. Этот процесс представлен здесь как одна из граней Великой Работы.


[1] Еврейская буква Далет — числовой аналог греческой буквы Дельта. — Примеч. перев.

Книга Лжей.
Глава 49
Цвет уараты.

Семь покровов у танцовщицы в гареме, которым владеет ОНО.
Семь имен у Нее, и семь светильников у ложа Ее.
Семь евнухов с мечами наголо охраняют Ее; кто посмеет приблизиться к Ней? Никто.
В чаше Ее для вина — семь потоков крови Семи Духов Бога.
Семь голов у ЗВЕРЯ, которого она оседлала:
Голова Ангела; голова Святого; голова Поэта; голова Прелюбодейки; голова Героя; голова Сатира и голова Змеельва.
Семь букв — в наисвятейшем из имен Ее, и это
Это Печать на Перстне, что носит ОНО на Указующем Персте своем; и это Печать на Гробницах тех, кого Она умертвила.
Здесь мудрость. Кто имеет Понимание, тот сочти Число Госпожи Нашей, ибо это Число Жены; Число Ее сто пятьдесят шесть[1].


[1] BABALON: Бет (2) + Алеф (1) + Бет (2) + Алеф (1) + Ламед (30) + Айин (70) + Нун (50) = 156. — Примеч. перев.


Описание ритуала   Инструкции для зрителей   Жрицы   Священные тексты   Схема проезда